Сурб-Хач (святой крест) - средневековый армянский монастырь в окрестностях Старого Крыма
В начало Карты Экскурсии Фотографии Цены Форум Викторина Опрос Советы  Адреса Ссылки
Рассвет Сурб-Хач Сурб-Хач Сурб-Хач Сурб-Хач

Елена Скрябина

СУРБ-ХАЧ: ЛЕГЕНДЫ И БЫЛИ

 
Сурб-Хач! Ты защита и убежище нашего народа. 
Ты единственный, нет тебе подобных. 
И вид, и положение твое дивны...
Из поэзии XVII века.

СТАРЫЙ КРЫМ. ЛЕТО 1992 ГОДА

     Раскаленный крошечный городок, белые деревенские дома, пыльные вишни вдоль дорог, рынок с пятью торговками. В ведрах у них та же вишня. Толстая татарка в белом халате переходит улицу, как пава, неся огромную чашку жареных пирожков в ларек напротив кондитерской. Переулки с перекосившимися лачугами и новыми двухэтажными домами из золотистого ракушечника — с балконами, свежевыструганными рамами, за которыми чернеют еще пустые комнаты. Над городом нависло тяжелое июльское марево, в котором вязнут флюгеры на крышах, и как мираж — единственный минарет, белоснежный и высокий. Изредка проедет мотоцикл, пройдут две школьницы-хохотушки. К деревянному забору привязан ягненок.

ГОРОД НА ПЕРЕКРЕСТКЕ ПУТЕЙ

     О город Крым, Солхат, Сургат! Резиденция золотоордынского наместника, семь веков назад основанная монголо-татарами среди долины у подножия двух горных массивов - Агармыша и Карасан-Оба.
     Где твои медресе, мечети, каравансараи, мавзолеи, кофейни, гаремы? И неужели через этот город проходили все караваны с Востока, везущие свои богатые товары в Кафу, откуда корабли повезут их по всему миру? А сколько восточных красавиц видел этот город!..
     Из нотариального акта 1290 года: "Сапожник Франческо продает Гидето Спинола одну невольницу в возрасте около 18 лет по имени Маргарита родом из Маниара за 550 аспров. Контракт заключен в Солгате в доме названного Франческо".В XIV - XV веках в Солгате было четыре монастыря и девять армянских церквей.

ДОРОГА

     Сегодня, читатель, я уведу тебя из этого городка. Не бойся, идти придется недолго, минут сорок. На окраине Старого Крыма мы перейдем ручей, который когда-то был бурной рекой. Старик-азиат в полосатых штанах и тюбетейке, стоя на коленях, чистит арык. Но наша дорога дальше. Туда, где смыкаются две горы, туда, где в верховьях огромного оврага у подножия горы Святого Креста перед нами неожиданно, как в восточной сказке, вырастут стены и башни древнего армянского монастыря.

СУРБ-ХАЧ

     Церковь монастыря построена в 1358 году, в период армянской колонизации в Крыму. Позже к храму был пристроен гавит (притвор) с колокольней. А в 1719 — братский корпус с кельями для монахов. Многие замечали, что монастырь больше похож на крепость, чем на смиренную обитель. Окна — как бойницы, а с колокольни, похожей на сторожевую башню, пока лес не окружил монастырь, видна была дорога.
     Летом, в полдень, крыша монастыря накаляется. Можно лежать, вытянувшись, часами и слушать крики стрижей, пикирующих почти на нас. Еще на крыше можно сушить травы (которые растут прямо здесь, меж черепицей), грибы и сухарики. Когда солнце начнет садиться за лесом, из Старого Крыма донесется протяжное пение муэдзина, а на крыше монастыря Граф, прислонившись спиной к башне, сыграет нам на флейте.
     Лес, монастырь и мы утонем в этих чарующих звуках -медленных и завораживающих. Мы забудем, что нас ждут суетливый город и сотни чужих лиц, и на секунду поверим, что не уйдем отсюда никогда.

 РАЗРУШЕННЫЙ ЭДЕМ

     Будучи еще в начале века богатым, гордым и неприступным, монастырь постепенно разрушался. Стены сегодня изрезаны варварскими надписями, фрески полустерты, перекрытия осыпаются от дождя и ветра...
 
И твой эдем, — он одинок, как ты.
Обрушен свод, остались только стены,
Как памятники бренной суеты...
Так на волне блеснет — и тает сгусток пены.

     Разрушил монастырь не бог Хронос, не вражеские орды. Я знаю имя того, по чьей вине этот эдем превратился в развалины. Я встречаю его каждый день. Его имя - Невежество.
     Из стен проклевываются побеги акации, на балконе растет чабрец. Крапива у входа разрастается со скоростью бамбука. Она хлещет равнодушных зевак по рукам и ногам, будто мстит за что-то. Смешно, они-то в чем виноваты?

ЛЕГЕНДЫ

Легенд о Сурб-Хаче существует много. Одна из них рассказывает, что в XIV веке армяне-переселенцы стали искать место для монастыря. В лесу, в четырех километрах от Солгата, они нашли развалины старого замка, построенного, вероятно, греками и разрушенного в XI веке. Оставили в лесу монаха-отшельника, дабы он своей святостью очистил место от нечисти. Долго ли монах жил один, никто не знает, только известно, что в середине XIV века вырос будущий оплот армянского христианства в Крыму. Вероятно, сам Бог указал им это место:
 
Там красота возведена в закон,
Там красота не в бархате и злате,
Там каждый звук — кристально чистый тон,
Там дирижер — светило на закате.

АРХИТЕКТУРА

     По красоте пропорций, по мощности и величественности построек Сурб-Хач занимает первое место в Крыму среди памятников армянской архитектуры. Церковь монастыря, сохранившееся с 1358 года, близка по архитектуре к храмам XII - XIII веков в самой Армении.
     Весь комплекс перестраивался на протяжении пяти столетий. В начале нынешнего века монастырь включал в себя церковь, пристроенный к храму гавит (притвор) с колокольней, кухню, трапезную для монахов и трапезную для рабочих, два яруса монашеских келий, два внутренних дворика и хозяйственные помещения. В атриуме — фонтан для омовения. Когда-то монастырь окружало кольцо крепостных стен. До сих пор видны руины множества хозяйственных построек в лесу, рядом с монастырем.

РЕМЕСЛА И НАУКИ

     Чем жил монастырь? Что умели монахи? Во-первых, конечно, праздничные и ежедневные богослужения. Во-вторых, монастырь Святого Креста окружен был террасами садов. Сотни корзин яблок, слив собирали монахи в свои подвалы. Река рядом с монастырем давала рыбу (в трапезной сохранилась огромная коптильня). Лес давал грибы, дичь.
     В самом монастыре работали мастера-переплетчики. В Ереване в Институте древних рукописей (Матенадаран) сохранилось несколько книг с миниатюрами, созданными в монастыре.
     Глиняные трубки, сделанные руками монахов, наверное, еще сохранились во многих старокрымских домах, да и осенью этого года их находили не раз. Из Солгата в Судак мимо монастыря вела широкая дорога. Караваны с Востока везли товары на Запад, останавливаясь на ночлег в монастырской гостинице. К сожалению, во время войны она была разрушена, но после, в 1970-х годах, восстановлена по рисункам.
     Долгое время в монастыре действовала школа, в которой детей обучали искусству миниатюры, рукописному делу, философии, риторике, арифметике, грамматике, географии. Из Армении приезжали на многие годы преподавать поэты и известные мастера миниатюры.

ПАДЕНИЕ

     Монастырь пережил все: генуэзскую колонию, турецкое нападение на Крым в 1470-х, века власти Татарского ханства и Российской империи. Его фонтаны были затейливо украшены талантливейшими мастерами — резчиками по камню. Сотни строителей, художников, иконописцев трудились веками, чтобы воспеть своим мастерством славу Господу. На стене трапезной монастыря до сих пор сохранилась надпись:
"Я, Саркис, повар, племянник вардапета Каракоса, служил Святому Кресту четыре года ради спасения души своей, 1211" (по современному летосчислению — 1762г. — Е.С.).
     Даже повара здесь служили Его имени!
     Монастырь пережил все. И пал в начале двадцатых годов нашего века. Старожилы рассказывают, что все книги были сожжены, монастырь разграблен, монахи частью убиты, частью разогнаны. Запустение и варварство надолго воцарились здесь.
     Одно время монастырь был отдан под пионерский лагерь, потом опять пустовал и потихоньку разрушался.

ВОЗРОЖДЕНИЕ

     Реставрация и раскопки начинались много раз: и в пятидесятых, и в семидесятых. Археологи находили немало керамической посуды, монеты разных веков, глиняные трубки. Последний раз раскопки велись в 1976 году. Через год руководитель экспедиции Валерий Анатольевич Сидоренко издал книгу "Солхат и Сурб-Хач", а все путеводители по Крыму, изданные в семидесятых, протрубили: "В настоящее время в монастыре ведутся реставрационные работы. Сложность этих работ обусловлена тем, что необходимо сохранить
 все строительные периоды и разновременные архитектурные формы, соединившиеся благодаря искусству и художественному чутью строителей в целостный, оригинальный ансамбль, неотразимо романтичный и привлекательный, гармонично слившийся с природой горно-лесного края". Я цитирую книгу Е. Крикун "Архитектурные памятники Крыма", но похожие фразы о реставрации я встречала не раз...
     В конце лета 1992 года Армянской академией наук в Крым была направлена археолог, кандидат исторических наук Френа Суреновна Бабаян. Одна, без денег и помощников. Задание у нее было фантастическое: очистить Сурб-Хач от многолетних слоев мусора, подготовить к серьезным работам, которые начнутся летом 1993 года.
     Сначала ей помогали только трое: старик-армянин из Старого Крыма и его дочки. Потом пришло еще несколько человек, и началась расчистка "авгиевых конюшен". Вырубали кусты двухметровой крапивы, выносили сотни ведер земли, насыпанной реставраторами огромными холмами во дворе, трапезной, кельях. Приходили и уходили туристы. Кто-то помогал, кто-то просто наблюдал, рассуждая, что здесь работ еще лет на десять.
     Да, они правы. Работа только началась, но я верю, что рано или поздно колокола в возрожденном храме Святого Креста зазвонят к вечерне.

ХРАНИТЕЛИ

     Последние годы около храма всегда кто-то жил. Каменная сторожка в двухстах метрах от монастыря, у самой дороги, пустовала редко. Месяц назад ушел последний хранитель. Но перед уходом он встретился с человеком, который два года жил при монастыре. Вот как произошла их встреча.
     Первые заморозки ударили рано. А камин в зале монастырской гостиницы с трудом отапливал его. Ничто не предвещало прихода гостей, но неожиданно в дверь постучали.
     — Да! Кто там еще?
     — Можно погреться?
     — Заходи.
     В зал вошел высокий парень лет двадцати пяти, с длинными, чуть вьющимися волосами и в огромных очках. Он бросил в угол свой рюкзак, сел на диван и с наслаждением протянул руки к огню.
     — Ты здесь сторожем? — спросил он.
     — Да нет, живу тут.
     — Когда-то и я здесь жил, только ниже, в сторожке.
     — Я помню, но тогда я приходил сюда туристом, а вы собирали травы.
     — Да. Кстати, меня зовут Граф.
     — А меня — Сергей... Ты из Армении приехал?
     — Да, я сейчас живу там. А здесь прожил два года. Не один, конечно. Люди приходили и уходили, но при храме всегда кто-то был. Мы его хоть немного в чистоте держали, да и верхний фонтан сложили.
     — Слушай, пойдем в храм.

УТРО

     Ночь напролет шумели дождь и ветер, но к утру все затихло. За окнами — чистое звездное небо. Ночные птицы уже умолкли, а для дневных вроде рано. Четыре часа утра. Огромные поленья в камине тлеют, надо подкинуть немного хвороста, и огонь разгорится. Вскоре закипит чайник, после завтрака — в путь.
     Дорогу за ночь размыло, идти тяжело. Кусты терна и шиповника хватают за рукава свитера: не отпускают. Лес голый и тихий, в опавших листьях шумят мыши. Мы уходим. Но уйти навсегда отсюда невозможно. И приехать в гости — нельзя. Сюда можно только вернуться, как возвращаются домой, как возвращаются к Богу.
 

СКРЯБИНА Елена Валерьевна
Журналист. Заместитель редактора Издательского дома "Коктебель ,
член редколлегии альманаха "Крымский альбом".
Впервые опубликовано: 26 декабря 1992 г. (тетрадь 3).

Феодосия, мой древний град
Избранные страницы "Феодосийского альбома". Очерки. Воспоминания. Поэзия. / Составл., подгот., вступит.
замет. и послесл. Д.А.Лосева; Предисл. А.А.Ненада - Феодосия: Издат. дом Коктебель. 1997. - 208 с., илл. (Б-ка
альманаха "Крымский альбом". Вып 3).


Любовь Бобырева-Калинина

РИСУНКИ ИЗ ПАПИНОГО АЛЬБОМА

     Мой отец, Николай Иванович Калинин, родился в Старом Крыму 24 декабря 1870 года. Однажды, как рассказывал мне папа, он рисовал армянский монастырь Сурб-Хач, расположенный недалеко от города. Было это в июне 1885 года, ему шел пятнадцатый год. Иван Константинович Айвазовский, который, видимо, часто приезжал в те годы в свое имение в Старом Крыму, увидел около монастыря рисующего мальчика, подошел к нему. Взглянув в альбом, художник погладил моего отца по голове и сказал: «Очень хорошо рисует мальчик». Жаль, что не помог юному художнику, ведь отец мой рос в семье, где кроме него было еще одиннадцать детей (у моей бабушки было шесть сыновей и шесть дочерей).
     Прадед мой был крестьянином, а дедушка — учителем в народном училище в Старом Крыму, где проработал с 1847-го по 1886 год (до перевода в село Емельяновка Феодосийского уезда).
Учился он сначала в военном училище в Саратове, затем прослушал учительские курсы в Симферополе под руководством знаменитого Ушинского.
      Двое детей дедушки — «мой отец и его сестра, Варвара Ивановна, тоже стали учителями.
      Отец работал в Старокрымском училище сорок семь лет, подготовил своих младших братьев и сестер к работе учителями в начальной школе. Детей у него было четверо — две дочери и два сына. Один из.сыновей стал учителем, а другой — дипломатом, долгое время работал в Кремле, потом — первым советником в посольствах — в Лондоне, Каире, Багдаде, в ООН (в Нью-Йорке).
     Среди наших семейных реликвий сохранилось удостоверение о получении отцом золотой медали «За усердие» во время его работы учителем в Ново-Покровке и альбом с его
рисунками.
     Альбом он подарил мне, своей младшей дочери, в день Ангела - 30 сентября 1947 года. Прожил отец девяносто семь лет и умер в декабре 1967-го.
     В середине семидесятых годов я показала рисунки из альбома хранителю монастыря Сурб-Хач О. И. Домбровскому. Увидев рисунок монастыря, Олег Иванович сказал-«Именно по этому рисунку мы и будем реставрировать Сурб-Хач».

БОБЫРЕВА-КАЛИНИНА Любовь Николаевна (Старый Крым) Старожил города, краевед.
* Впервые опубликовано: 25 мая 1996 г. (тетрадь 36).

Феодосия, мой древний град
Избранные страницы "Феодосийского альбома". Очерки. Воспоминания. Поэзия. / Составл., подгот., вступит.
замет. и послесл. Д.А.Лосева; Предисл. А.А.Ненада - Феодосия: Издат. дом Коктебель. 1997. - 208 с., илл. (Б-ка
альманаха "Крымский альбом". Вып 3).



 

Сурп-Хач. Раннее стихотворение М.А. Волошина

Волошин попал в Феодосию в 1893 году. Тогда он был подростком шестнадцати лет. В свободное от занятий в гимназии время часто гулял по окрестностям, хорошо знал эти места. Естественно, в своих стихах он чаще пишет о море, горах. Но все же поэтические образы носят довольно общий характер: трудно узнать, о каком месте конкретно идет речь.
Лишь одно из юношеских стихотворений дает непосредственную и живую картину, навеянную посещением средневекового армянского монастыря Сурб-Хач (Сурп-Хач) под Старым Крымом. Стихотворение это еще несовершенно, но по нему можно уже судить об интересах семнадцатилетнего поэта, зоркости его видения. Написано оно 6 августа 1894 года в Коктебеле, оригинал хранится в Институте русской литературы Академии наук России (Петербург).

Сурп-Хач

Лес высокий и тенистый, 
Всюду горы и пустырь. 
Что такое? Стены зданья! 
А! Так вот он, монастырь! 
Что ж однако? Где же люди?
Вкруг все тихо. Лишь журча, 
В арке белого фонтана 
Льется светлая струя...
Над фонтаном плющ обвился, 
Надпись стертая видна, 
Водоем из камня сделан, 
Всюду веет старина. 
Стены брошенного зданья, 
Башня старая, балкон, 
Купол маленький над церквью, 
Лес и лес со всех сторон. 
Вот и дверь в стене! Идемте!
Полутемный коридор 
Нас выводит на тенистый
Небольшой прохладный двор. 
Вдоль стены растут деревья, 
Пара старых темных плит, 
Из-под зелени и моха 
Барельеф на них сквозит. 
Вправо серые ступени, 
Все поросшие травой. 
Дверка маленькая с грубой 
Деревянною резьбой. 
Вход во храм. Во храме тихо.
Полумрак. Из окон 
Две струи блестящих света 
В мрак ворвались. Ряд икон 
Почерневших, полустертых. 
В глубине пред алтарем 
Помост каменный высокий, 
Книга старая на нем. 
Этот храм и это зданье 
Существуют пятый век. 
Здесь спасался от набега 
В ту эпоху человек. 
Здесь татары побывали, 
Вольной Генуи сыны, 
Много б, много б рассказали 
Тут остатки старины. 
Жизнь сюда не проникала 
Уж давно. С тех самых пор 
Он стоит здесь одиноко, 
Заключен объятьем гор. 
Все монахи разбежались, 
Кельи пусты. Иногда 
Навещают лишь туристы 
И другие господа. 
С боку зданья над дорогой 
Есть балкон. Оттуда вид 
На леса, долины, горы 
Далеко кругом открыт. 
Славно там сидеть под вечер. 
Горы вдаль идут синей, 
Всех цветов и всех оттенков 
Голубых полутеней. 
Хорошо так и просторно, 
Так свободно дышит грудь, 
Так приятно в тихий вечер 
От дороги отдохнуть.
Публикация 1972 г.
Купченко В.П.
Киммерийские этюды: События. Люди. Памятники.
Феодосяи: Издат. дом. "Коктебель", 1998. (Биб-ка альманаха "Крымский альбом". Вып. 5), 176с, ил.


     Сурб-Хач входит в число 200 памятников Украины наиболее ценных и охраняемых государством. Сурб-Хач действительно производит впечатление святого места. Экскурсия в этот монастырь, давно покинутый
монахами, ни в какое сравнение не идет с экскурсиями в некоторые другие крымские монастыри где "крещение стоит 4 гривны (деньги экскурсоводу)". Возле монастыря есть родник - ему приписывают целебные свойства.
По легенде монастырь был основан в том месте где люди увидели в небе видение в виде креста и в там куда
указывал крест открылся родник с изумительно чистой водой. В нескольких километрах есть часовня возле
другого родника. Про нее рассказывают что к этому роднику приполз татарин, т.к. ходить он не мог. Стал пить
воду и жить там. Через некоторое время вода помогла ему вылечить ноги и он стал ходить. Тогда татарин
принял христианскую веру и построил часовню. По дороге в монастырь и возле родников можно увидеть
деревья на ветках которых весят лоскутки одежды и кулечков. Это посетители верят в то что оставив часть
своей одежды в этом месте они избавляются от болезней, страхов, недомоганий...
     Хоть турфирмы и предлагают экскурсии в Сурб-Хач, экскурсии туда не ездят. Туристам это не интересно.
Им там нечего смотреть: пару полуразрушенных зданий, выцветшие фрески... Турфирмам тоже. Монастырь
близко, арендовать автобус на целый день не выгодно, хоть монастырь и охраняют (не монахи но все же
православные)  на предложения "делиться" - отказываются (обычно за привезенного туриста нужно что-то
турфирме отдать).
     И почему Волошин в 17 лет начал писать стихи после посещения этого места не известно. И что любил в
этих лесистых местах Айвазовский - никто не знает. Монастырь хоть и армянский но все же он принадлежит
нашей истории. В Крыму практически каждая церковь построена на месте церкви или храма предыдущей
эпохи. Античный храм потом византийский, потом татарский мусульманский, потом хазарский, потом
турецкая мечеть, потом русская православная, потом советский музей, потом украинская православная ... Вот
типичный пример истории рядового крымского храма за 25 веков. Правда в советское время мог быть и
спортзал (у каждой эпохи свои храмы), в средневековье церковь могла быть и армянским и иудейским и
католическим храмом. Все культуры стремятся ставить свои храмы на святой земле. Правда увидеть это может
только Верующий человек. Путешествие в Сурб-Хач это духовное путешествие.
VVA August 2000



Оцените эту страницу

Ваше имя: URL или E-mail: Город:
Ваш комментарий:

Морем Ялта-Алупка Дельфинарий в Ялте Воронцовский парк Воронцовский дворец Никитский ботанический сад Феодосия, Коктебель, Карадаг, Лисья бухта Галерея им. Айвазовского Старые фотографии  Феодосии Мраморная пещера Алушта Новый Свет Судак Форос Севастополь Всякие другие фотографии Фотографии, присланный посетителями этого сайта Фотографии Людей Присылайте фотографии

В начало Карты Экскурсии Фотографии Цены Форум Викторина Опрос Советы  Адреса Ссылки
Travel to Ukraine
Map of Ukraine
Разработка Виталия Авраменко Хостинг www.uazone.net
Вы можете использовать все материаллы и фотографии только в некоммерческих целях. При использовании материалов ссылка на этот сайт обязательна
UAZone.net
Kyiv Photo Gallery
Russian LinkExchange Banner Network
Russian LinkExchange Member
Киев 1998-2001